Училка XXI века

Татьяна Васильевна Цыганкова, человека настоящей, высокой интеллигентности и простоты.

0 Твитнуть

«Да, я вообще-то училка!» - сказала мне когда-то давным-давно Татьяна Васильевна. Эту фразу она говорила и позднее и не единожды и, очевидно, многим людям.
Но мне показалось, что смысл в эти слова вкладывался часто разный. Она родилась и воспитывалась в семье педагогов, поэтому учить детей русскому языку и изящной словесности было для нее делом завещанным и семейным. Делом, на которое столетие или больше даже падал отсвет убежденности русской интеллигенции, что просвещать народ только и есть цель, достойная человеческой жизни. Она сжилась со своими педагогическими заботами и делами так легко и естественно, как только, наверное, в мае растут листья на деревьях. Есть какие-то счастливые сочетания, только Богом предусмотренные. Для Татьяны Васильевны нужна постоянная «подключка» на учеников, друзей, как для актера сцена. Только так она может выразить себя и жить своим делом.
В признании Цыганковой о вечном учительстве я заметил и другую очень важную сторону. Для моего поколения педагог и ученик – это всегда люди соподчиненные. Ну, там в книжках о Макаренко или Сухомлинском можно прочитать о дружбе и искренней расположенности, доступности друг другу учителя и его подопечных. В реальности же … я чуть ли не впервые в своей жизни, когда познакомился с Татьяной Васильевной и понаблюдал за ней в училище, почувствовал и увидел отношения удивительные. Она была и мамой, и психологом, и семейным доктором, и самим доверительным лицом, просто человеком, к которому в любой час, в любую минуту можно прийти со своей бедой, несчастием и со всем тем, что мучает и тревожит юного человека. В этом случае Татьяна Васильевна, конечно, гостья из будущего, из XXI века, потому, что если педагогике как таковой и суждено сохраниться, то только в любви, искренности и взаимном доверии учителя и ученика.
Когда говорят о достижениях Нижегородского театрального училища и Цыганковой тоже
начинают перечислять всех знаменитостей, которые здесь были выпестованы и украшаютсевозможные сцены, начиная со столичных. Все это так. И по отношению к незнаменитостям тоже. Недавно на премьере в одном театре администратор усадил меня с Татьяной Васильевной рядом. Я открыл программку, прочитал фамилию исполнителя главной роли и, стараясь сделать что-нибудь приятное соседке заметил: «В главной роли – ваш ученик». Циганкова быстро пробежала глазами программку и отпарировала мне: «И во всех остальных ролях тоже все мои». Хорошее это было напоминание о том, сколько же сделано для театра, и прежде всего нижегородского, за последние годы. Но меня восхищает даже не этот сам факт. Я–то знаю, что каждый ее ученик – это душевный, чистый, горячий, поначалу не просто складывающийся диалог. Это разговор на равных, который очень часто длится годами. Смысл его необыкновенно важен именно в театральной нише, искусстве. Здесь завистников много друзей мало. И когда ты, актер, можешь признаться своему учителю так же, как однажды уже выразился один знаменитый театральный деятель: «Вы поддерживаете во мне честный дух и художественную энергию», то, можно сказать, что это везение. Или счастье: тебе в жизни досталась именно такая замечательная учительница.
И для совсем покончить с учительской темой, последнее. Татьяна Васильевна эмоционально необыкновенно заразительный человек. На просмотрах спектаклей она и смеется громче всех, и плачет, не стесняясь никаких соседей. Мне кажется, это не просто особенность темперамента и характера, а качество настоящего учителя. Что там невидимое гнездится в наших душах бывает и не поймешь, а умение смотреть прямо в глаза, быть открытым и искренним в самые «пиковые» минуты не всем дано. Цыганкова это может, потому что знает и убеждена, что учительство это всегда благородство. Все остальное - детали.
В разных гламурных, деловых и с претензией на элитность изданиях читаю различные интервью с «бизнес-вумен» и прихожу в восторг. Секреты успеха подаются на блюдечке с голубой каемочкой. Прежде всего это деловитость во всем: от правильно выбранной модели автомобиля до знания психологических слабостей конкурента. Дело это, конечно, важное. Но никакие учебники менеджмента и продвинутые бизнес-леди, я думаю, не объяснят явления того порядка, которые ежедневно, ежечасно решает директор театрального училища. Например. На третьем курсе что-то случилось с очень успешной ученицей: беспрерывно плачет и срывает уроки. Как быть? Или училищная крыша, похожая на сито, а в культурном бюджете на ее реонт – 00 рублей 00 копеек, и даже очень доброжелательный бизнесмен, пару раз выручавший в подобных ситуациях, на этот раз твердит упрямо: «Ну, Таня, не могу, мне не возвращают кредиты, я сам сижу без копейки». Что делать? Или с режиссурой в Нижнем так плохо и скверно, что найти для ребят-учеников подходящего педагога, задача сходная с подъемом на Эверест. Что предпринять? Я думаю, от того, подъедет ли Цыганкова к училищу на «Бентли» или «Вольво», перечисленные проблемы ну никак не сдвинутся с места. А между тем уже с нынешним директором 36 лет театральное училище продолжает работать, его авторитет и творческие показатели только растут, а репутация просто безупречная. Сегодня москвичи – от педагогов столичных вузов до Олега Табакова любят высматривать в Нижегородском театральном себе кадры. Между прочим, не все из нижегородцев и замечают, что наша театралка дает только среднее образование, настолько класс подготовки учеников высок. Так, действительно, в чем же секреты успеха ее нынешнего директора?
Я думаю, их несколько, но назову только два. Любовь к российской словесности, ее духовным порывам, ее человеческой красоте сделали для Цыганковой и непоколебимый выбор, какой театр она любит и готовит в душах своих детей. Только тот что пробуждает общественную совесть, только тот, что своей поэтической стороной способен создавать чудесную и прекрасную атмосферу правды жизни. Отсюда и подбор педагогов, и ее дружба с разными людьми, в том числе рука об руку идущими с ней по преподавательской стезе. Отсюда и ее заразительность, и оптимизм, и чувство долга, которое она как истинная шестидесятница несет с собой и воспитывает в учениках всю жизнь. Я знаю, некоторым кажется, что директорская деятельность в театральном училище – это комплекс строго расписанных действий и больше ничего. С этим-де справятся многие. Уверяю вас, в случае с Цыганковой это совсем не так. Для нее директорство – это создание своего мира отношений, любви к работе и театру… Я очень люблю эти слова В.И.Немировича-Данченко, может быть, чаще, чем надо, цитирую, но, мне кажется, они точно передают всегдашнее стремление Татьяны Васильевны сделать свое детище более значимым, чем училище. Слова эти такие и «….думаю о том, что надо одородиться непроницаемой стеной, создать свой художественный скит, любить друг друга в строгости и преданности и служить своему богу, не позволяя себе даже прислушиваться к тому, что делается за стеной, где царят какая-то вакханалия всего серединного, жалкого, ничтожного…»
Ну, скажет иной мой читатель, совсем идеальный портрет я написал. И добавит, что людей без недостатков не бывает. И вспомнит, что вот однажды… Знаете что, не собирайте вы все эти россказни и свидетельства. Да, Татьяна Васильевна бывает не права, и вспыхнет, и словечко такое ввернет, и обидеся… на целых пять минут. Я сам и на себе это испытал. Но давно понял, главное ее качество, главный ее секрет, что она абсолютно незлобливый человек. А если когда что и скажет не так или лишний раз польстит сильным мира сего (а вы попробуйте почти четыре десятка лет держать хотя бы здания училища в приличном состоянии при нашем-то финансировании!), то все это не больше чем мимолетная слабость, умной доброй по душе и характеру женщины. Учительницы и воспитательницы, человека настоящей, высокой интеллигентности и простоты.
С университетских лет я люблю Л.Толстого. Но когда однажды мне Татьяна Васильевна рассказала, что в свои печальные, грустные минуты жизни обязательно перечитывает его, и даже в маленьком книжном формате, чтобы в руке легче держать, купила собрание сочинений писателя, я что-то не то, чтобы не поверил, но подумал о том, что иногда нас заносит все-таки. Но прошли годы, и вот я сам теперь часто-часто перечитываю Л.Толстого. Так легче сохранять незлобливые отношения с миром.